Сергей Омельяненко. Театр одного актера от старшего оперативника убойного отдела Сергей Омельяненко. Театр одного актера от старшего оперативника убойного отдела

Первый в Рунете информационный проект о барах. 18+

Сергей Омельяненко. Театр одного актера от старшего оперативника убойного отдела

Сергей Омельяненко

Сергей Омельяненко – человек-праздник, появления которого все и всегда ждут с нетерпением. Бренд-амбассадор Jameson, лучший бренд-амбассадор России 2016 года по версии премии BARPROOF, обаятельный и харизматичный бартендер со стажем. Сегодня в рубрике “За стойкой жизни” поговорим о жизни, творчестве, актерском мастерстве, работе в милиции и за баром. Почему в профессии бармен так важно наставничество и в чем отличие современных бартедеров от ребят, начинавших 10 лет назад. Поехали. 

Сергей Омельяненко

Сергей Омельяненко. Детство, отрочество, юность

Расскажи про свое детство и семью. Ты такой коммуникабельный, с чем это связано – это врожденная черта или приобретенный навык?

Я родился в Германии в 1976 году в городе Потсдам и до пяти лет прожил там, а потом наша семья уехала жить в Забайкалье. Папа военный, профессиональный летчик, поэтому мы переезжали постоянно. Мама всю жизнь проработала в торговле. Осознанный возраст свой я провел в Забайкалье, станция «Степь», город Чита, город Улан-Удэ, такой криминальный бандитский район.

Я поменял 5-6 школ, то есть столько же разных коллективов в своем детстве. Учился как все: тройки, двойки, четверки были. Никогда хорошистом, отличником не был. Был таким средним… Но зато, я всегда был коммуникабельный. И, наверное, был тем, кто всегда очень много шутил. Плюс моей коммуникабельности в том, что я могу подстроиться под любое общество, под любую страну. В любом коллективе могу найти плюсы, могу найти нужных людей и подход к ним. Вот это очень большой навык, который я приобрел именно в школе.

Навык общения с разными людьми может быть только приобретён – это моё субъективное мнение

Сергей Омельяненко

Потом мы переехали на Украину, там я закончил школу, поступил в Национальную академию внутренних дел. Мой выбор был связан с отсутствием выбора с одной стороны, да и тогда, в начале 90-х, это было модно и университет считался престижным. В Харькове у нас был «Кулёк» (институт культуры), и медицинский, куда душа моя не лежала.

Вообще, я всю жизнь хотел в цирковое. Но не было в Харькове циркового училища

Да еще в училище надо было поступать после девятого класса. В училище давали среднее специально образование, и потом, в тот момент я, наверное, очень сильно зависел от родителей. Как я без родителей? Куда я без родителей поеду? В общем, пошел в милицию.

Сергей Омельяненко

Первая твоя работа, расскажи о ней и как ты решил стать барменом?

Закончив Национальную академию внутренних дел я получил сразу два образования: социальная психология и юриспруденция. Мне надо было обязательно поработать в милиции, там был такой контракт.

Через два дня желание работать в милиции отпало. Весь авантюризм развеялся

Омельяненко – милиционер

Поработав в милиции три года в конце 2002 года я уволился с должности старшего оперативника убойного отдела. Тогда я понял, что немножко деградирую как человек.

В милиции не бывает амбиций. Если ты трезвенник-язвенник, то тебя будут всегда избегать, обходиться без тебя в каких-нибудь мероприятиях, и ты будешь как белая ворона, а этого никто и никогда не хочет. Структура настолько поджимает тебя под себя, что ты не сможешь пойти против неё. Плюс со стороны людей сразу же возникает немножко другое отношения, когда они понимают, кем ты работаешь. Не знаю, я чувствовал, что это просто не моё, какой-то внутренний дискомфорт. Кроме того у меня было желание нормально зарабатывать деньги. Я реально не мог даже девушку по-хорошему сводить в кафе.

Любопытно, в милиции даже есть такой плакат: «Кто не пьёт, тот стучит»

По итогам, как и многие, я поехал искать хорошей жизни в Москву. Приехав в столицу с украинским паспортом, я думал устроиться работать куда-нибудь в магазин. О ресторанном бизнесе вообще не задумывался. Везде в магазинах смотрели паспорт, и, разумеется, везде можно было работать только гражданам России или Белоруссии.

Сергей Омельяненко

Москва и Сергей Омельяненко

Я неделю потусил, понял, что я ничего не поймаю. У меня был товарищ, Леша. Я пришёл к нему, занял 100$ просто хотя для того, чтобы купить билет обратно до Харькова. У меня не было денег даже на билет домой.

На тот момент Леша работал продавцом телефонов, тогда как раз был телефонный бум. Он очень хорошо зарабатывал по 1500$-2000$ долларов. Это сейчас в магазины идут продавать телефоны непонятно кто, а тогда туда шли люди с техническим образованием. Собственно, Леша предложил мне тогда пойти поработать официантом, заработать за неделю эти несчастные 100$ и купить себе билеты обратно.

Я обошёл целую кучу ресторанов и кафе. И везде было одно и тоже: «Украинский паспорт – не берём». И тут у меня окончательно опустились руки, напоследок я решил зайти в еще одно заведение. Пришёл, спрашиваю: «Нужна официанты?».

Мужик, посмотрел на меня и говорит: «Слушай, официанты не нужны, нужны бармены. Будешь барменом?» Я спросил: «А в чём разница?». Он ответил, что особой разницы нет, просто официант чуть больше получает

Мой план был такой: нужно заработать 100$ и уехать. Он разрешил остаться, если понравится. Сейчас всем рассказываю, что до сих пор коплю эти 100$ и не могу собрать на отъезд.

Мне кажется, что в любой профессии главное – это найти себя. Кстати, то место, куда меня тогда взяли называлось «Огни». Там я проработал три года. Они тогда только-только открылись, а я работал стажером. Потом всё понесло и поехало.

Сергей Омельяненко

Сергей Омельяненко – бармен

Что ты думаешь про конкурсы и вообще про то, что важно для каждого бармена?

Я сам поздно начал участвовать в конкурсах, это, наверное, – мой косяк. У меня не было учителей, а это очень важно. В баре нужна дисциплина. Я не говорю сейчас о бар-менеджере и о крутом миксологе. Я говорю о человеке, который может вести всю эту толпу за собой. Я имею ввиду большие бары, в которых примерно 15 человек персонала.

Шесть лет я проработал в баре  и мой первый конкурс назывался «Реванш» в 2008 году, этот конкурс проходил в Москве. Тогда я уже работал, наливал, в принципе мне было очень интересно. Что-то получалось, что нет. На конкурсе выступил, мягко говоря ужасно. Бостонский шейкер склеился у меня с гранатовым сиропом. При выбивании у меня разбился стакан. В общем была целая жесть.

В конкурсах, да и в работе бармена в целом мало иметь талант, здесь очень много нюансов

Во-первых, если это коктейльный конкурс, надо понимать, кто у тебя жюри, потому что есть разные судьи, разного возраста из разных стран, у них разная ментальность во вкусах, пристрастиях к балансу, кислому, сладкому.

Помню, я как-то сильно облажался, когда работал в Черногории. Тогда я уже был барменом со стажем, много чего умел. Делаю первый коктейль, знаю, что это прямо top, top, top. Очень вкусный, хорошо сбалансированный, по моему мнению. Даю попробовать коктейль человеку, на что он мне отвечает, что это невозможно пить, очень сладко и приторно. Я потом понял, что есть очень много блюд, которых не едят там, но пользуются спросом у нас здесь, и наоборот.

Надо уметь балансировать кислоту и сладость. Во всем. Насколько тебе нравится общаться с людьми и доставлять им гастрономическое удовольствие. Насколько в симбиозе ты понимаешь, что это большой труд и навык

Конкурсы

В 2008 году у меня поменялось мировоззрения в сфере барменского искусства, начались какие-то конкурсы. Хотя с 2004 по 2006 год я работал в «Diageo». Тогда не было должности бренд-амбассадора, должность называлась старший бармен-координатор.

Вообще, бармен должен подходить под все параметры (нравится гостям, правильно готовить, быть дипломатом по всех отношениях). Если жизнь – это река, то в такой профессии ты сидишь словно в лодке, плывешь, получаешь удовольствие и понимаешь, что это твое.

Сергей Омельяненко

Учителя

Повторюсь, у меня не было учителей. Приходилось все догонять самому, что-то где-то читал и т.д. Потом, когда я с стал бренд-амбассадором Jameson у меня появился очень хороший учитель, который мне показал, что такое чуть ли не по Станиславскому «войти в роль». Чтобы стать настоящим бренд-амбассадором нужно стать на минуточку ирландцем, почувствовать их музыку, посмотреть их фильмы. Я сейчас говорю о Володе Журавлеве, наверное то, какой я сейчас есть в большинстве своём это – заслуга Володи Журавлева. Это его слова: «Глупо рассказывать об алкоголе и не знать тех людей, которые его делают».

Ты говоришь «вжиться в роль». Но ведь бывают моменты, когда ты – это ты – Сергей Омельяненко. Весь «забрендирован», в логотипах Jameson. Ты так ходишь и в обычной жизни?

Да, это настолько крутая одежда, что я покупаю именно её. Это и форма и амуниция и всё-всё-всё.  В милиции всё было по-другому, «Jameson» это – бренд, на который ты работаешь и тебе не стыдно про него рассказывать, ты получаешь от него удовольствие. Чем больше ты входишь, вникаешь в него, тем больше получаешь от него удовольствие.

Сергей Омельяненко

Хочу заметить, мне ничего не выдавали, я покупал всё сам в Ирландии за свои деньги. В 2008 году я понял, что мне нравится антиквариат, связанный с баром, какие-то шейкеры и т.д. Как-то  случайно зашёл на Avito и стал смотреть какие-то интересные вещи.

Моё увлечение антиквариатом распространилось далеко за пределы барного инвентаря. Это может быть одежды или книги, в последнее время стал покупать картины и дореволюционные фотографии. У них очень дорогие рамки, они стоят гораздо дороже, чем сами фотографии. У меня есть очень редкая фотография, на которой изображена женщина и лошадь, видно, что это было снято в студии, но взгляд женщины и лошади просто завораживающий. Они или цыганка или что-то такое. В фотографии заложена какая-то энергетика.

Сергей Омельяненко

Бренд-амбассадор и путешествия

В начале 2010-2011 барменов начали отправлять за границу. Сейчас у меня командировки, благодаря которым я побывал в 140 городах России. Бывало, как в фильме «Бойцовский клуб»: ты открываешь глаза и не понимаешь в какой город летишь. Мне очень нравятся слова Джигарханяна по этому поводу: «Я лучше изношусь, но не заржавею». Я, конечно, устаю, но это приятная усталость.

Как ты оцениваешь развитие барной культуры в России? Есть какое-нибудь движение? В каких городах есть та самая культура пития?

– Питер номер один, он лидер. Это – факт, он вырвался вперед, оторвался от Москвы, задает моду. Питер сейчас лидирует в коктейльной и барной культуре. Потом все тянутся за Питером. Владивосток мне нравится в этом отношении. Конечно, кризис сказался: повышение цен на алкоголь и уменьшение заработной платы у населения. Но все не унывают, есть там какой-то свет в конце туннеля и оптимизм. По городам не скажу, могу назвать регионы. Северо-Запад и Дальний восток начинают расти. Не могу выделить какой-то определенный город. Возможно это связано с близостью к Японии, например.

Гости и бармены взаимозависимы

Если гостям это не надо, бармен не будет развиваться. Он так и будет наливать виски с колой

Фото и текст: Олег Любарский

Расшифровка интервью: Дарья Базина


Олег Любарский

Совладелец. Креативный директор проекта. "Начиная с 2008 года я работал в барно-клубной индустрии, сначала фотографом, периодически организатором вечеринок. Накопил солидный опыт и большой круг знакомых. Неслучайная встреча с Марго Бор в конце 2014 года дала старт мыслям о новом проекте, и уже в мае 2015 мы открыли "Drinking Culture". Надеемся стать полезным ресурсом для людей, интересующихся барной жизнью и желающих продвигать барную культуру. Давайте делать это вместе!"


18+ © 2015-2017 Drinking Culture. Информационный проект о барах. Новости барной культуры Санкт-Петербурга, Киева, Минска и Москвы. Использование материалов Drinking Culture  разрешено только с предварительного согласия правообладателей. Сайт  содержит контент, не предназначенный для лиц младше 18 лет.

WP-Backgrounds Lite by InoPlugs Web Design and Juwelier Schönmann 1010 Wien